В статье рассматриваются вопросы древнедаргинских миграций и образования даргинских языков и диалектов. Актуальность темы заключается в том, что проблемы прародины даргинцев и возникновения даргинских языков ранее не становились предметом специального исследования. В век глобализации малые даргинские языки подвержены быстрому исчезновению, и остро стоит вопрос скорейшего сбора языкового материала. Между тем пока нет подготовленной сравнительно-исторической грамматики даргинских языков, которая проливала бы свет на проблему образования даргинских языков и диалектов, а также на историю даргинского народа. Основной целью работы является попытка проследить основные пути миграции древних даргинцев и на основе языковых данных обосновать образование тех или иных языков и диалектов. Основной метод исследования – сравнительно-исторический. Для сбора языкового материала используются также методы полевых исследований. Впервые в даргиноведении высказана гипотеза о прародине даргинцев. В результате исследования выявлено, что она находилась в верховьях реки Уллучай. Одной из первых миграций стало переселение части даргинцев на северо-восток; они обосновались в окрестностях села Мекеги Левашинского района. Речь данных поселений стала в дальнейшем основой нынешних северных даргинских языков. К другой ранней миграции относится переселение даргинцев на юг и восток, где впоследствии праюжнодаргинский язык распался на чирагский, кубачинский, ицаринский, кайтагский, сирхинский идиомы. Перемещение части даргинцев на юг способствовало образованию поселения Чираг, в восточной части возникли Кубачи и кайтагские поселения. Сирхинские аулы образовались к северо-востоку от исторической прародины, а часть сирхинцев мигрировала на север, что способствовало образованию цудахарских селений.
Статья посвящена изучению благопожеланий и проклятий на даргинском языке, одним из наименее изученных жанров устно-поэтического творчества народов Дагестана. В тексте подробно рассматриваются метафорические и фразеологические единицы, отражающие традиционные и современные представления об общественной и семейной жизни, о хозяйственной деятельности горцев.
Эта статья предоставляет глубокий анализ языковых и культурных аспектов благопожеланий и проклятий на даргинском языке, демонстрируя их значимость для понимания национальной культуры и мировосприятия даргинцев.
06.03.2010 , 11:13, Автор З.А. Исрапилова, старший преподаватель кафедры философии ДГТУ
Несмотря на многовековое влияние идеологии и культуры монотеистической религии ислама, в быту и культуре даргинцев сохранилось множество языческих мифологических персонажей былого пантеона и пандемониума.
Наиболее древними богами у даргинцев, как и у других народов Дагестана, Северного Кавказа и мира, были олицетворяемые небо, земля, небесные светила и атмосферные явления. Наибольшим почтением в космогонических представлениях даргинцев пользовались солнце и луна, олицетворявшиеся в антропоморфном облике по признакам пола и родства. Сохранились клятвы солнцем и луной, что, несомненно, является отголоском язычества, так как в соответствии с канонами ислама клясться можно только именем Аллаха. Даргинцы-цудахарцы с. Куппа клялись ликом («Берла дяхIлера!») и лучами солнца («Берла нурлера!»). Клятва солнцем бытовала и у даргинцев-сюргинцев. Некоторые проклятия также связаны с солнцем и луной: цудахарцы желали ненавистному человеку, чтобы тот попал под черное солнце («ЦIуттар берлигу рик!») и чтобы его дом не освещало солнце («Хъули бери мабухъ!»). Пол солнца и луны определялись у даргинцев в опосредованной форме в примете: «Если беременной во сне приснится солнце, то родится девочка, а если луна – мальчик». Интересное поверье существовало у акушинцев: «Если девушка будет смотреть на луну, она забеременеет». Поверье довольно прозрачно определяло пол луны (юноша, мужчина) в космогонических представлениях акушинцев. У даргинцев существовало представление, что у солнца и луны имелись родители. Такое же верование было свойственно и другим дагестанским народам. Так, например, аварцы считали, что у солнца имеется мать («бакъул эбел»), называли ее также бабушкой, старой (кIодо). Чародинцы с. Гочоб называли «мать солнца» Мани, также называли ее и харбукцы. «Отца солнца» они называли бархIе ттуттеш. Представления об «отце солнца» (берла ттутташ) и «матери солнца» (берла неш) имелись и у цудахарцев. Интересно отметить в этой связи, что слово «мани» по-табасарански означает «тепло». По мнению М.Р. Халидовой, вполне возможно, что это имя – «отзвук сохранившегося языческого наименования божества солнца».
