Ца мискин дурхӀяра, илала рухъна нешра — Бедный парень и его старая мать

ВерхӀъибил дунъяличиб, верхӀдехӀ урхьнала гьалаб, верхӀдехӀ хӀурхъал гӀелаб, ца пулан шагьарлизиб лебли саби мискин аба-урши.

За семью морями, за семью горами, в одном селе жила бедная старуха со своим сыном.

Илдала яшав буили саби, урши гӀяярличи вякьи се-биалра кабушили, байхъала чули букни, байхъала бицили арц дарили, илдас палтар асни. Гьачамра арякьи сай урши гӀяярличи.

Они жили тем, что сын ходил на охоту, половина добычи уходила на пропитание, половину продавали, а деньги тратили на хозяйство, одежду Как-то раз, как всегда, парень отправился на охоту.

Вашули сай ил, вашули сай, амма селра кабушес бикили ахӀен.

Шел он, шел, но напрасно, не попалось ему ничего.

БархӀи ихъули саби.

День близился к концу.

Рахли вамсурли, гӀясикайубли, гьанна хъайгӀи чарулхъас викӀули левли, илини баргили сай сигкабиубси, халаси ахӀенси мегьла тӀакьа.

Голодный, злой, уставший, думая, что с пустыми руками вернется домой, он присел отдохнуть на пенек. Вдруг он увидел старый, покрытый ржавчиной железный ящичек.

Разивиубдешли дурхӀяли ил хъямики «Бисмиллагь» или, касили сай.

Обрадовался парень, сказал «Бисмиллах» и взял его в руки.

Ил или-хӀеили дурхӀя таманиайчи, се гьанбиркура хӀушаб, биаб илаб, гьаржурала берклума тӀутӀухӀебикӀару тӀакьа.

Не успел он до конца произнести это слово, и что же вы думаете, из ящичка вывалились разнообразные кушания.

Ца гьигьла заманалис дурхӀя-алавла берклумази гӀелабикили саби.

Вмиг все вокруг наполнилось яствами.

Гушкайубси дурхӀя илав кьяшмира удуцили сайра, сагъсаламатли уки сай, ва велкъунхӀели, «АлхӀямдулиллагь» илигу, дугагартин берклуми детахъили сари.

Проголодавшийся парень уселся, досыта наелся, едва произнес «Алхамдулиллах», как все исчезло,

ДурхӀя ил секӀайчи дебали тамашакайубли, гьачам гьатӀи «Бисмиллагь» викӀули сай.

и чтобы проверить, он снова сказал «Бисмиллах».

ТӀакьа гӀурра берклума тӀутӀубикӀес кабиили саби.

Из ящичка опять посыпались яства.

«АлхӀямдулиллагь» илигу, берклуми деткахъили сари.

Парень очень удивился этому, сказал «Алхамдулиллах», и еда опять исчезла.

Ил секӀайчи дурхӀя дигарцад разииубли сай, вявъили сай, жургъухъи делхъ дарили сай, гӀур хӀяра буцили, игьубли, лайбакӀили сунела мажарра сайра, хъайгӀивяхӀ кавхъи сай.

Парень очень обрадовался, восторженно вскрикнул, от радости пустился в пляс, потом бросил свое ружье, взял ящичек и отправился домой.

ХӀярхӀли вашули, гӀяхӀил вашули, каили сай ил хъайгӀи ва ухӀнавхъи сай хъули.

Шел он, шел, быстро шел и пришел домой.

Тупанг агарли, вацӀли чарухъи урши чеибхӀели, неш уркӀрухъи, уршиличи хӀеррикӀесряхӀили сари.

Увидев сына, вернувшегося без ружья, мать удивленно взглянула на него.

Уршили илхӀели касили сай сунела тӀакьа ва «Бисмиллагь» или саби. ТӀутӀубикӀес кабиили саби тӀакьа берклума, ва хъали бицӀахъили саби.

Парень поставил свой ящичек и только сказал «Бисмиллах», как перед изумленной старухой предстали яства, о которых она даже не слышала.

- Рукен, дила неш, рукен лигӀматуна, ишдигъунта хӀу хӀела гӀямрулизир рук кьалли чина рукунсири, чедаэсра хӀедикиб дургар!

- Ешь, моя мать, ешь, сколько хочешь, такие яства не только кушать, но видеть на твоем веку тебе не приходилось!

Рукен, я диркур гӀур, я хӀедикур, - викӀули сай урши.

Ешь, кто знает, будут они впредь у нас или нет, - говорит сын.

Неш рукунхӀели, «АлхӀямдулиллагь» илину, берклуми илхӀяйзир деткахъили сари.

Мать наелась, сын сказал «Алхамдулиллах», и вся еда исчезла.

Нешлира дурхӀялира кьасбарили саби, цакамти берклуми дицили, чус убуш-чебуш, палтар-кьяш асес.

Мать с сыном решили продавать кое-что из еды, покупать нужное и так привести хозяйство в порядок.

Рухъна илхӀели къимриубли, хухриубли, берклума рирцули, бархӀехълис чус гӀягӀнити лерил секӀал асили кариили сари.

Продавая еду, старуха возгордилась и к вечеру купила все, что было нужно.

Баягъи ил шагьарлизив левли уили сай ца талхъан.

В этом городе был один талхан.

Илала лерли руили сари ца рурси, сарира ниълизирадра хӀилизирадра рарибсигъуна.

У него была дочь, словно сотворенная из молока и крови.

Илала жагадешла шагьарлизиб хабар сабри, бикӀар.

О ее красоте в городе шла молва.

Илала андаличир бархӀира бацра сарри адухъи.

С ее лба как будто всходили солнце и луна.

Сунела куц викӀадли, барткеллаван хъарум ахъси, имиаван рай чӀяртӀа, сурс-кьакьарикад дашути шин чедиуси, шайзирад рарг чедиуси, башмакъла кьячӀурбаурад биалли гурда-гӀяра детсаддулхъуси сарри.

Если говорить об облике, то у нее был высок стан, как у лани, тонкая талия, как у муравья, и было даже видно, как в горле ее проходит вода а из-под каблуков ее башмачков могут пройти лиса и заяц.

Гьугу, се дирути дахъал гъай, ил руили сари ца гӀяламат, БибихӀяйбат.

Словом, к чему долгий рассказ, она была необыкновенная красавица Бибихайбат.

Ил ригути жагьти викӀадли, илди бахъал сабри, амма рурси чисалра аркьули ахӀенри.

Многие юноши хотели жениться на этой девушке, но она никого не признавала.

Иличи хъайчикайэс кьасбарили сай дурхӀялира.

Парень решил жениться только на ней.

КӀиэсил бархӀи дурхӀя нешлизи викӀули сай:

На следующий день сын говорит матери:

- Гьари, рукьян гьари, неш, талхъайчи сукни.

- Давай-ка, мать, отправляйся к талхану сватать.

Неш уркӀрухъи рикӀули сари илизи:

Удивленная мать ему отвечает:

- Талхъай нушагъунтас рурсби хӀелуга, урши.

- Таким, как мы, талхан дочь не отдаст, сын.

Нушачи мешуси чи левал иличи умцӀерухъалли ахӀенси.

Нам надо поискать ровню.

- Лугни-хӀелугнила къуллукъ хӀела ахӀенну, хӀези бурибси бара, неш, викӀули сай урши.

- Отдаст, не отдаст, посмотрим потом, сейчас сделай, мать, о чем я тебя прошу, - говорит ей сын.

Аррякьи сари неш сукни.

Отправилась мать к талхану.

Ил азбарла арацӀили чераибхӀели, талхъан вявикӀули къараваш жирарили сари ва садакьа бара или хъарбарили саби.

Как только она вошла во двор, талхан, приняв ее за нищую, крикнул слугу и приказал ему дать ей садака.

Къаравашли дурасили садакьалис ца сахӀ декьлара, ца урдур кьяцала диълара дедили сари.

Слуга дал ей садака, сах зерна и ножку козлятины.

Рухъна селра бурее хӀериубли, сасили илдира сарра аррякьи сари.

Старуха, растерявшись, не смогла выговорить ни слова, взяла все это и отправилась домой.

- Рякьунрив, неш? - викӀули сай урши.

- Ходила, мать? - спросил сын.

- Рякьунрагу, селра айчи, садакьара барили нура рархьира, урши, - рикӀули сари ил.

- Ходила, дали садака и отправили домой, - ответила она.

- Агь, хӀу нуни садакьалигӀир рархьибсирив, неш? - зигарухъи сай урши, - жагӀял сеналра рукьес гӀягӀнибиркур.

- Я что, послал тебя за садака? - возмутился сын, - тебе снова придется завтра пойти к ним.

Аррякьи сари ил кӀиэсил бархӀира.

И на второй день она отправилась к талхану.

Азбарла арацӀибмадан, талхъай ил гӀурра черали сари.

Как только вошла во двор, опять ее увидел талхан.

«Дагра садакьа хӀебедили бургар, ишбархӀира ракӀили сари», - пикриухъи сай талхъан ва вявикӀули къараваш ракӀахъили сари.

«Наверное, вчера садака не дали, раз и сегодня пришла», - подумал талхан и позвал слугу.

Рухъна селра эс хӀериубли илбархӀира аррякьи сари.

И в этот день ничего не сказав, старуха ушла домой.

- Рякьунрив, неш? - харбаили сай гӀурра уршини.

- Ходила, мать? - спросил снова сын.

- Рякьунрагу, урши, даггъуна барили, чаркарубли ракӀира, - рикӀули сари неш.

- Ходила, сын, как и в прошлый раз, отправили меня, - ответила мать. -Ягари, я тебя за садака посылал, что ли?

- Ягъари, хӀу нуни садакьалигӀир рашахъуси ахӀенригу, сен хӀечи хъарбарибси хӀебирулрив, неш?

Почему ты никак не выполнишь мою просьбу, мать? - возмутился сын.

Се дирутив хӀед диъбира декьра, хӀела агарси се лебли?

- Зачем тебе чужое зерно и мясо, чего тебе не хватает?

ЖагӀял гьатӀи дила тилади хӀебарадли, неш, ну, гьимуркӀус хӀечи.

Если завтра не сделаешь то, о чем я тебя прошу, я рассержусь на тебя.

Аррякьи сари неш хӀябэсил бархӀира, ил бархӀира талхъай чераили сари, вявикӀули илини къараваш ракӀахъили сари ва зигаррарили сари, садакьа биштӀаси бирули гьар бархӀи рухъна рашахъули или.

Мать отправилась на третий день, и на этот раз, увидев, талхан опять отругал слугу, сказав, что старухе дают мало садака, и поэтому она приходит снова и снова.

ИлхӀели рухъна урух-урухли гъайрухъи сари:

На этот раз осмелевшая старуха заговорила:

- Араираби, талхъан, ну садакьалигӀир ахӀенра хӀушачи рашуси.

- Здоровья тебе, талхан, я пришла к вам не за садака.

Нуни хӀези эс хӀерирули хьалли ну хӀушачи сукни ракӀибсира.

Я хочу засватать вашу дочь. - Что, что?

- Се, се ири, къари?

Что ты сказала, старуха?

Урузалра риадри! - айзурли талкъан рухънала шайзи ванцӀухъи сай.

И не совестно тебе! - с этими словами талхан столкнул ее с лестницы.

Пякьир рухъна геррикӀули ганзухъкад хьар гӀяяла дурарикили сари.

Бедняжка старуха кувырком пролетела по ступенькам до нижней части двора.

БекӀ пӀякьбикили хӀили башес кабиили саби.

Пораненная голова стала кровоточить.

ГӀур дяхъяйчи или, хӀилхӀи ребшили хъайгӀи ракӀили карихьи сари, агьра айра карикӀули.

Она еле унесла ноги, и пока еще больше не избили, пришла домой и легла, охая и ахая.

Шадивад чарухъи дурхӀя хӀерикӀалли неш карихьи чераили сай, ва викӀули сай:

Вернувшись, сын увидел мать в постели и спросил:

- Ягъари, неш, сен карихьири, се биублив хӀед?

- Ягари, мать, что случилось, почему ты в постели?

Нешли бурили саби, сари талхъай ванцӀухъи ганзухъкад герратниличила ва бекӀ нӀякьбикниличила.

Мать рассказала сыну, как талхан столкнул ее с лестницы и как она поранила голову.

Нешла хабарличи дурхӀя левгӀев тамашаиубли сай ва се баралли гӀяхӀсил или, никриикӀули кайили сай.

Послушав рассказ матери, сын задумался, как ему лучше поступить.

Илзамана илдачи ракӀили талхъа къаравашли дурхӀялизи бурили саби талхъан жиикӀули сай или.

В это время пришла служанка талхана и сообщила, что талхан вызывает его.

Марлира талхъай кьасбарили сай, чи саял илцад урези-хӀяя агарли сукниухъунси дурхӀя чеэс.

На самом деле талхан решил посмотреть, что за парень, так бессовестно посмевший сватать его дочь.

ДурхӀя арякьи сай талхайчи, илдани дурхӀя вархьили сай рурсила хъули.

Парень пошел к талхану, его отправили в комнату его дочери.

Рурсили илизи хьарбаили саби, сен мискин дурхӀя сайкъира, сукниухъунсил или.

Дочь спросила его, как он, такой бедняк, посмел свататься к ней.

ДурхӀяли селра уркӀиличиб агарли бурили сай, сунела «Бисмиллагь» алли, берклума тӀутӀубикӀуси тӀакьа лебниличила ва касили кисалабад рурсилизи чебаахъили сай.

Ничего не подозревая, парень рассказал ей, что у него есть ящичек, который, если сказать «Бисмиллах», сыплет яствами.

Рурси иличи тамашариубли хӀеррикӀули кали сари. Ил замана итил хъулибад, гьаланачибал вягӀдалакабиубли лебли буили, дурхӀяличи талхъа нукерти чебикили саби, кьани кебасили саби ва «валлагь, талхъа рурси цӀахрарес вакӀилри хӀу» - или, вебкӀесли витили, дугӀкаили сай.

Пока изумленная девушка слушала парня, ворвались слуги талхана, отобрали у него ящичек, и со словами: «Ты пришел, чтобы обидеть дочку нашего талхана», - избили его до полусмерти и выгнали.

ДурхӀя кьакьала кайили висикайили сай, гӀур айзурли, хъайгӀира хӀявкьи, сай гӀяяр вашути дубуртачи арякьи сай.

Парень присел и горько заплакал, а потом встал, не домой пошел, а отправился в горы, где раньше охотился.

ЧарикӀули, чарикӀули, илини баргили сай мяржкабиубли баягъи итхӀели лайбакӀибси сунела тупанг «Набчибад чина чеббикиши хӀу», - или, илини сунела тупанг касили сай ва гӀяяр ватихьили сай.

Он искал, искал и наконец нашел свое брошенное заржавленное ружье. «От меня вряд ли ты отстанешь», - сказал в сердцах, взял ружье и, как и раньше, пошел на охоту.

Рахли ца зумаси вацӀакад гушкайубли аркьуси замана илини баргили сай эмхӀела бекӀ-бекӀгъунти гӀинцбар гӀинц.

Внезапно он очутился в густом лесу и увидел дерево, на котором росли яблоки величиной с ослиную голову.

«Нугъуна игъбарагарла игъбар биубли, чинад къаршидикиба ишди» или, дурхӀя разииубли сай ва кайили галгалиу гӀинцбали укескайили сай.

«Иногда таким невезучим, как я, тоже везет», - подумав так, он сорвал одно яблоко и начал есть.

Беркунси канила кабаили, хӀебаили лебли кьатӀабекӀ бугескабиили саби, гӀур изесбяхӀили сабину, ил пӀякьбикили заклизи чейгуси махъла галга бакӀили саби, иза цӀакьдешли вяшухъесалра ахъри аги.

Только он съел яблоко, как у него сильно разболелась голова, и на ней выросло дерево, под тяжестью которого он не мог удержаться на ногах.

«Ну урхӀлис вайагар мискин пякьирличи ишди се балагьуни сари чедащути?!»- или, дурхӀя гӀурра кьутӀкьули висикайили сай.

«Я никому ничего плохого не сделал, за что мне такое наказание?!» - подумав так, он горько заплакал и посмотрел на дерево.

Рахли хӀерикӀалли, илини чебиули сай илцад халати гӀинцби ургаб ца биштӀаси шаха гӀинци.

И тут он увидел, что между большими яблоками растут совсем маленькие и горькие.

ДурхӀяли касили ил берки сайгу, илхӀяйзиб галга беткахъили саби.

Парень сорвал и съел одно яблоко, и дерево тут же исчезло.

«Агьа, гьанна бирис чус нуни, наб барибсигъуна», - разииубли сай дурхӀя.

«Ага, я поступлю с ними так же, как они со мной», - подумал парень.

Ва барили чирт ила кадихьили сари ца-хӀябал халати гӀинци, ца-чумал диштӀати биалли - кисала, гӀур дарсдарили палтарра сайра шагьарлизи вакӀили, талхъа хъа гьалавад.

Взял два-три больших яблока, несколько маленьких и отправился домой, поменял одежду и пришел в город.

«ГӀинцби асая, гӀинцби асая!» - или вявикӀули къунзухъи сай.

«Купите яблоки, купите яблоки!» - стал кричать он.

Улкьайличирад хӀеррикӀуси талкъа рурси, гӀинцби чедаибхӀели, илдала халадешличи тамашариубли сари ва къаравашлизи арц дедили илди гӀицбала ца сяхӀ асахъили саби.

Дочь талхана посмотрела в окно и, увидев яблоки необыкновсршой величины, послала слугу купить один сах.

ГӀинцбачи талхъа лебилра мякьямажа тамашабиубли саби.

Когда яблоки принесли, все удивились их величине.

- Юх, - викӀули сай талхъан, - гӀинци кьимат агарли ца иткъи беркес асухӀебирар.

- Нет, - сказал талхан, - так просто их нельзя есть, им надо воздать честь.

Илини гӀинцила хӀурматлис халаси сяхӀбат барили сай, лебил узи-урши, гьалмагъ-хъиланти ва къаравашуни кабатурли стол хӀядурбарили сай.

В честь яблок он устроил большое торжество, накрыл стол, собрав всю родню, друзей и слуг.

ГӀинцила лебтасалра цуг-цугли бутӀни дарили сари, ва букес-бужес гьалаб лебтанилра чус дикибти гӀинцла паяни дерки сари.

Разделил [яблоки] поровну на всех, и они начали есть.

Рахли гӀинцби канила кадаили-хӀедаили лерли, илдала кьатӀа букӀри дугесдиили сари.

Они только поели яблоки, как у всех начались головные боли, а потом на головах выросли деревья.

ГӀур изесдяхӀили сари, гӀур илдала бургачирад лебил хъалч чеббердили заклизи чейгути галгуби дакӀили сари.

От боли и тяжести они не могли поднять головы.

- Дилара лебгу, хӀелара лебу? - или, гъайалра алри, чӀяр дурабиркули саби.

- У меня есть и у тебя тоже? - спрашивали они друг у друга.

Лебил цаагили аъкабяхъили чӀярбикӀули буили саби.

Все, как один, разинув рты, громко кричали.

- Се тӀама-гьама сари ишарти? - или, дурхӀя ухӀнаухъи сай.

- Что за шум здесь у вас? - спросил вошедший к ним парень.

Талхъан шакикили сай, илди пишни дурхӀяла диъниличи, ва ил дурхӀялизи тиладиухъи сай ил чучибси балагь чебарбукахъес.

Талхан догадался, что все это проделки того парня, и стал его просить освободить их от этой беды.

ДурхӀя викӀули сай:

Парень говорит:

- Балагь чебарбукахъес дигалли, дила кьани I ая.

- Если хотите освободиться от беды, верните мой ящичек.

Талхъай хъярхъикили бурили сай кьани кабихьибси мер.

Талхан назвал место, куда он спрятал ящичек.

ДурхӀяли сунела кьани касили сай ва «Бисмиллагь» или, гьачам велкъайчи уки сай.

Парень взял его, сказал «Бисмиллах» и от души наелся. Потом он всем дал по маленькому яблоку.

ГӀур илини лебтасалра дедили сари баягъи илди, шаха гӀинцби - деткахъили сари галгуби.

Как только они съели горькие яблоки - с их голов исчезли деревья.

Талхъан тиладиикӀули сай дурхӀялизи рурсира сагърара, хӀед дахъал арц лугасну или.

Талхан стал просить парня, если он и девушку освободит от беды, то даст ему много денег

- ХӀела арц наб гӀягӀнили ахӀен, - викӀули сай дурхӀя, - наб хӀуни сари рурси га!

- Мне твои деньги не нужны, - ответил парень, - отдай ее за меня замуж!

Лугадли - сагъририс, хӀелугадли - хӀеририс, гӀур хӀела рурси рубкӀар.

Если отдашь - вылечу, если нет - не вылечу, и тогда твоя дочь умрет.

- Лугас, Валлагь, лугас! - или, вявикӀескайили сай талхъан.

- Отдам, Валлах, отдам! - вскричал талхан.

- Юх, - викӀули сай дурхӀя, - хӀуни ну виргӀяхӀергура.

- Нет, - говорит парень, - ты не проведешь меня.

Лугули виадли, гьаланачи магьар дихьахъа.

Если ты согласен, сделай [заключи] между нами магар.

ИлхӀязиб талхъай белкӀахъи саби магьарла кагъар.

Талхан составил письмо о бракосочетании.

ИлхӀели дурхӀяли гӀинци бедили рурсила бекӀличибси галга беткахъахъили сай ва гӀур някъ кабуцили рурси аррукили сари чула хъайгӀи.

После этого парень дал ей маленькое яблоко и освободил от дерева. Потом он взял ее за руку и повел к себе домой.

ДурхӀяли барили саби халаси мекъ, игьахъубли сари туп-тупхана, дяхъяхъили сари дам-дяд.

Справили большую свадьбу, играли на барабане, стреляли из пушек.

ВерхӀел бархӀи ва верхӀел дуги гӀялам кепли биркьули кали саби.

Народ веселился семь дней и семь ночей.

Илди мукърачив къаршикира.

Я тоже оказался на этой свадьбе.

Укули-ужули ца гӀяхӀси кеп нунира барибсири.

Пил-ел и получил большое удовольствие.

Мекъ анцӀбукьунхӀели, итаб илдира батурра, иша нура вакӀира.

Когда свадьба наскучила, я их оставил там, а сам сюда пришел.

Гьанна гьалабван хабар аргъилра, илдас кӀел дурхӀя акӀубли саби или: ца урши, ца рурси.

Недавно прослышал хабар, что у них родилось двое детей: мальчик и девочка.

Урши, бикӀар, тяп дудешгъуна сай, рурси - нешгъуна.

Мальчик, говорят, очень похожий на отца, а девочка - на мать.