Агайхан — Агайхан

Левли сай, уили сай ца пулан шилизив хабарла хъубзара.

Жил, был в некотором селе один известный пахарь.

ВелгӀули са ил гьели, айхъули сай мар анкӀили.

Он сеял семена и собирал чистое зерно.

Гьарил дуслизиб сунела лебси цайли цаси хъучибад бурчули сай илини давлачебси сабухъ.

Каждый год со своего поля он собирал богатый урожай.

Ил хъубзарла лебли буили саби жагьти жагати хӀябал рурси.

У этого пахаря было три молодых красивых дочери.

Гьачам гьала хӀеблизив ил сунела анкӀили бегӀунси хъу секьяйда чебакӀилил чебаэс или вякьи сай.

Однажды он отправился в поле проверить, как растет хлеб.

ХӀерикӀалли - хъу алавбарили ца халаси чӀичӀала.

Смотрит - поле окружено, как кольцом, большим змеем.

- УббаццӀи хъулабад, Аллагьла душман! - викӀули сай хъубзара.

- Убирайся отсюда, враг Аллаха! - говорит пахарь.

- Валлагь уббицӀус, хӀела хӀябалра рурсилизирад ца наб шери гадли, бикӀули саби чӀичӀала, - эгер хӀегадли, иш хӀела лебилра хъу нуни гъаркьбирис.

- Валлах, уберусь, если из трех твоих дочерей одну отдашь за меня замуж, - сказал змей, - если откажешься, я уничтожу все твое поле.

Хумар-мяхӀрумиубли, баресил хӀебалули, хъули чарухъи сай ил хъубзара.

Опечаленный и обеспокоенный, не зная, что делать, он вернулся домой.

Гьалав арцла уталичи кайили, арцла чугур бирхъуси илини, гьанна бячунси уталичи кайили, бургӀибси динда бирхъули сай.

Если раньше он сидел на серебряном стуле и играл на серебряном чунгуре, то теперь сидел на сломанном стуле и бренчал на старом чунгуре.

АрацӀили сари иличи халасигъуна рурси, илкьяйда хумарли чеибхӀели хьарбаили сари:

Подошла к нему старшая дочь, увидела его таким печальным и спросила:

- Се биубли хӀед, ахӀерси, дудеш?

- Что случилось с тобой, дорогой отец?

Сен илцад хумарли кайилри?

Почему ты сидишь такой грустный?

- Сен пашманхӀейиша, дила рурси?

- Как мне не грустить, дочь моя?

Нушала хъу се хӀяйчиб сабира или вякьунрагу, арагӀебли хъу алавбарили халаси чӀичӀала.

Я пошел посмотреть на наше поле, а оно тройным кольцом окружено большим змеем.

УббацӀи или, тӀамадарибхӀели, адамла гъайличил илини жаваб гиб: «УббицӀус, эгер хӀела хӀябалра рурсилизирад ца наб шери гадли, эгер хӀегадли, хӀела хъу нуни гъаркьбирис!»

Я потребовал от него убираться, а он человеческим голосом ответил: «Уберусь, если ты выдашь за меня одну из своих дочерей, а если нет, то я уничтожу все поле!»

- Аллагьла лягӀнат сунечира бакӀаб, илгъуна хабар бурибси хӀечира! тудяхъили хъулирад дурарухъи сари ил.

- Аллаха проклятия и ему, и тебе, посмевшему мне сказать это! - сплюнув, старшая дочь вышла из дома.

ГьатӀира хумариубли кайили сай дудеш, гьатӀира пашманси макьамличил къимбирули сай илини сунела динда, бургӀябси уталичи кайили сай.

Отец опечалился еще больше, сел на старый стул и стал наигрывать еш;е более грустную мелодию.

АрацӀили сари ургарси рурси ва дудешла ил куц-кабизличи тамашариубли сари:

Зашла к нему средняя дочь, увидела отца в таком состоянии и удивилась:

- Гьуя, дила дудеш, се балагь бакӀили хӀечи?

- Уя, отец мой, какая беда пришла к тебе?

Сен хӀу илцад хумарли кайилри?

Почему ты сидишь такой грустный?

- Рукьен, дила рурси, хӀура шадир, хӀела халал рузи кьяйда.

- Иди, дочь моя, погуляй, как твоя старшая сестра [сделала].

Дила дардшишимтачила бурили хьалли, хӀела халал рузили бурибси буридну, - викӀули сай дудеш.

Если я тебе расскажу о своей печали, ты поступишь так же, как поступила твоя старшая сестра, - говорит отец.

- Халал рузили бурибал хӀебалас, амма нуни хӀед децӀхӀейгахъис, хӀела дард-шишимти кункдиахъес набзибад лябкьусигъуна бирис, - иб ургарил рурсили.

- Я не знаю, как поступила моя старшая сестра, но я постараюсь облегчить твое горе и страдание, я сделаю все, что от меня зависит, - сказала средняя дочь.

Дудешли ургарил рурсилизира халаси рурсилизи бурибси бурили сай.

Отец ей рассказал обо всем, о чем говорил старшей дочери.

- Ил хабар хӀуни набзи хӀебурибсилра виадри, дудеш.

- Не надо было тебе мне это рассказывать, отец.

Чинаб бакьибси хӀуни чӀичӀайс рурси шери аркьян ибси хабар?

Где ты слышал, чтобы дочку выдавали замуж за змея?

Лезмилра сен вяшбухъуна иличила бурее?

Как повернулся у тебя язык сказать мне об этом?

Ванзалиу уардукьяба чӀичӀалара, ил хабар бурибси хӀура, хямкдарили унзара хъулирад дурарухъи сари ургарил рурсира.

Чтоб провалились и змей, и ты, посмевший сказать мне это, - с этими словами хлопнула дверью средняя дочь и вышла.

- Гьу, гьанна се бируси?

- Ну, что теперь делать?

Се гӀямал бургуси?

Какой выход найти?

Абикиб дила хъула къуллукъ, таманни гъаркьбиру ил балагьла чӀичӀай, - гьатӀиралра хумариубли сай хъубзар ва хумарси макьамра къимбирули, бекӀра къухӀкабуцили хӀулбазирад нургъби гердикӀахъули сай.

Моя песенка спета, этот проклятый змей уничтожит мои посевы, - с грустью произнес еш[е более опечаленный отец и, опустив голову, со слезами на глазах стал играть еще более печальную мелодию.

- Дила ахӀерси дудеш, се балагь бакӀили хӀечи?

- Мой дорогой отец, что случилось с тобой?

Илгъуна хӀяйчив хӀу нуни гьачамалра чеибси ахӀенригу! - уркӀрухъи сари бара арацӀибси бегӀла риштӀаси рурси.

Таким я тебя не видела никогда! - войдя в комнату, спросила его удивленная младшая дочь.

- Селра биубли ахӀен, дила рурси.

- Ничего не случилось, дочь моя.

Рукьен шадир, ватаба ну дила децӀана виркьахъес, - симкьикӀули сай дудеш.

Иди погуляй, оставь меня с моим горем, - вздыхая, ответил ей отец.

- Бура, дудеш, се биублил, белики кумекбаришану, - рикӀули сари ил.

- Скажи, отец, что случилось, мол<ет, я смогу помочь, - просит она.

- Юх, дила рурси.

- Нет, дочь моя.

Се гӀяхӀдеша бурилихьалли?

Какой толк от этого?

ХӀунира хӀела рузбанигъуна кумек баришигу наб, - викӀули сай дудеш.

Ты так же поможешь, как помогли мне твои сестры, - ответил ей отец.

- Рузбани хӀед сен децӀагахъибал хӀебалас, амма ну хӀу викӀуси хӀерикӀес хӀерирус.

- Как обидели тебя мои сестры, я не знаю, но я знаю, что сделаю то, что ты попросишь.

- Нушала хъу алавбарили халаси чӀичӀала хеб, дила рурси.

- Наше поле окружил большой змей, дочь моя.

Набзи ил бикӀули саби хӀела хӀябалра рурсилизирад ца наб шери хӀегадли хӀела ара гӀебли хъу гъаркьбирис или, ил хабар бурира хӀела рузбази, амма ну илдани мучлалра хӀерира.

Змей угрожает мне, что разорит посевы, если я одну из трех своих дочерей не отдам за него, я сказал им об этом, а они и слушать не захотели.

- Ну разилира, дудеш, чӀичӀайс шсрирукьес, дила къисмат илгъуна бургар.

- Я согласна, отец, выйти замуж за змея, значит, такая у меня судьба.

Эгер ну илис шери хӀярукьясли, илини нушала хъу гъаркьбиру, хъу гъаркббаралли нуша лерилра гашали дубкӀехӀе.

Если и я откажусь, змей уничтожит наше поле, и тогда мы все умрем с голода.

Шери рукьясли - хӀушалра мицӀирли кавладая, - рикӀули сари риштӀаси рурси.

Выйду замуж - все останемся живы, - говорит младшая дочь.

Аррукили риштӀаси рурсира сайра хъула вегӀ чӀичӀайчи вакӀиб.

Пахарь вместе с младшей дочерью пришел к змею.

- Гьу, Аллагьла душман, гьанна ну хӀечи дила рурси кили вакӀилра.

- Ну, Аллаха враг, я пришел к тебе со своей младшей дочерью.

Рурсилис хӀуни чинаб мекъ бирида?

Где ты сыграешь свадьбу дочери?

Чина аркида? - викӀули сай хъубзар.

Куда ее отведешь? - спрашивает пахарь.

- Гьанна рурси хӀуни хъули аррука, - бикӀули саби чӀичӀала. - ХӀябал бархӀила духӀнар нуни хӀела юртличи дяхӀчили кӀялгӀни дирис.

- Пока забери дочку домой, - говорит ему змей, - за три дня я напротив твоего дома построю дворец.

Илала гӀергъи нуша мекъра барили, магьарра дихьахъили, хъайчи кадирехӀс.

Тогда мы сыграем свадьбу, сделаем махар и поженимся.

ХӀябал бархӀила гӀергъи айзурли савли хъубзар хӀерикӀалли - сунела юртличи дяхӀчили пергер кӀялгӀни, кӀялгӀнала ца улкьайличибад гьаббакӀили, хъубзарлизи чӀичӀала бикӀули саби:

Через три дня пахарь видит - напротив его дома стоит прекрасный дворец, и змей, высунувшись из окна дворца, говорит пахарю:

- Буча халкь, хъубзар, тӀалабдара дам-дяд, бемжахъа мекъ!

- Пригласи народ, найди музыкантов, готовься к свадьбе!

Бахъал халкьра учибяхъили, дям-дядра дяхъили, абзур бархӀи мекъ бемжурли саби чӀичӀа кӀялгӀнала гьалаб.

Пригласили весь народ, гремел барабан с зурной, и в назначенный день перед дворцом змея заиграла свадьба.

Мекъ таманбиубли, лебилра халкь тӀутӀубиубхӀели, гӀеларадаили рурсира сабира чӀичӀала ца кӀалгӀялизи хъусбиубли арбякьи саби.

Свадьба закончилась, все люди разошлись, и змей вместе с девушкой пополз во дворец.

Жагали баршибси тавханала ца гӀямзила чӀичӀала кабиибли саби, итил гӀямзила - рурси.

Змей устроился в одном углу красиво убранной комнаты, а девушка - в другом.

ГӀяхӀцад замана дикили гӀергъи, чӀичӀала рурсилизи бикӀули саби:

Прошло некоторое время, и змей говорит ей:

- Гьари, дура гьарракӀи, хӀерризи се замана баилил, халкь сели биркьулил.

- Ну-ка, выйди, посмотри, какое время суток сейчас, что люди делают.

Рурси гьарракӀили, камси заманала гӀергъи чарриубли сари.

Девушка вышла и через некоторое время вернулась.

- ЦабехӀ халкь бусули паргъатбиубли саби, цархӀилти кабихьес хӀядурбикӀули саби.

- Одни успокоились и улеглись спать, другие готовятся ко сну.

Цугдуги биули бургар, - рикӀули сари рурси чӀичӀайзи, урехили руржули.

Наверное, полночь, - дрожа от страха, ответила девушка змею.

Камси замана дикили гӀергъи, чӀичӀай рурси дура гьарракӀахъес, халкь паргъатбиублил багьахъес хъарбарили саби.

Прошло некоторое время, и змей попросил девушку снова выйти и посмотреть, спокоен ли народ, кто чем занят.

ГьарракӀили гӀяхӀцадхӀи кали чарриубли гӀергъи рурси рикӀулри сари:

Она вышла, через определенное время вернулась и говорит:

- Лебилра халкь паргъатли бусули саби, чилра вяшикӀуси агара.

- Все люди спокойно спят, бодрствуюш;их нет.

- ХӀебиалли нушабра дусес замана баили саби, - иб чӀичӀай.

- Тогда пора и нам спать, - сказал змей.

Илини сунела кам тавханала гӀямзила убасили саби, нурла кьялигъуна, жагаси, кегӀевси, жагьси дурхӀя рурсила гьала нишяхъили тӀашизурли сай.

Он сбросил свою шкурку в углу гостиной, и перед девушкой предстал красивый статный юноша, прекрасный, словно луч.

Муэру иш мару или, тамашариубли сари рурси, гӀур ил тамашариубдеш разидешличи шурдухъи сари ва уршиличи риругӀер хъябруцрикили сари.

Девушка не могла понять, сон это или явь, потом это удивление перешло в радость, она бросилась к парню и от души его обняла.

ГӀергъила бархӀи чула риштӀаси рузиличи кӀелра халати рузи бакӀили саби.

На следующий день к младшей сестре пришли две старшие сестры.

Илдас гьанбикили саби чӀичӀай чула рузи гӀяндрушиб или.

Они думали, что змей задушил их сестру.

Рузила хъули абацӀилигу - нурла кьялигъуна дурхӀяра сарира чула рузи хӀилна хӀинцӀкарикӀули.

Поднялись во дворец, видят - счастливая младшая сестра сидит с красивым, стройным, как тростник, парнем.

Кьяскабиубли саби илхӀели рузби чула риштӀаси рузиличи.

Сестры позавидовали своей младшей сестре.

Чумал бархӀила гӀергъи чула рузила мурул чина-саял архӀяли арякьи сай, или аргъили, бакӀили саби кӀелра рузи.

Через несколько дней муж младшей сестры отлучился по делам, обе ее сестры, узнав об этом, пришли к ней.

Раргили сари чула рузи хъалицӀа умудирули.

Они застали младшую сестру за уборкой дворца.

- Гьари, дила рузи, хӀуни бамсри ахъа, хӀела хъалицӀа нушани умудирехӀену, - бикӀули саби рузби.

- Ну-ка, сестра моя, отдохни, мы за тебя уберем твой дом, - говорят сестры.

Разириубси рурси итил хъули аррякьи тахличи геррухъи сари.

Девушка согласилась и вышла в другую комнату.

Рузбани биалли чули умубируси хъа ца гӀямзилаб баягъи дурхӀяли челгьуси чӀичӀа кам бигубли саби.

Сестры, наводя порядок, в одном из углов комнаты нашли змеиную шкуру, которую сбросил парень.

Сунела кам бигниличи шакикибси, дурхӀя къалаба-къалабали хъули чарухъи сай.

Тайком от сестры они вынесли шкуру во двор и сожгли. Почувствовав, что его шкуру сожгли, парень быстро вернулся домой.

- ХӀуни сабурхӀебарри, дила ахӀерси, - викӀули сай дурхӀя, - эгер чумал бархӀи гьатӀи ил кам калунси биалри, хӀура нура талихӀчерли хӀердирутири.

- Зря ты это сделала, моя дорогая, - говорит парень, - если бы шкура сохранилась еще несколько дней, мы с тобой счастливо зажили бы.

Гьанна биалли я наб хӀу агуд, я - хӀед ну.

А теперь я для тебя не существую, а ты - для меня.

- Ягъари, дила ахӀерси, нуни хӀела камличила селра хӀебагьуррагу, рикӀули сари рурси. - Белики, хӀу агархӀели дила рузби шадиб бакӀили лебрину, илдани ил кам чина-биалра бяхъиб биэс?

- Что ты, мой дорогой, я ничего не знала о твоей шкуре, - сказала она, - может быть, мои сестры сожгли ее, ведь они были у нас в гостях, когда тебя не было дома?

- Гъайлизибад гӀяхӀдеш агара.

- В словах толку нет.

Кам бигубли саби, - илкьяйдара или, дурхӀя пяхӀ-кӀантӀли ветахъили сай.

Шкуру сожгли, - сказав так, парень тут же исчез.

Арбякьи саби гӀяхӀцад замана.

Прошло довольно много времени.

Дардлизирикибси рурси сунела кӀялгӀниалав къунзрухъи сари.

Опечаленная девушка бродила вокруг своего дворца.

Рахли, ца кӀалгӀяла дублаб илини умуснау аркьуси тӀярхъи чебаили сари.

Вдруг в углу дворца она увидела дыру, ведущую в подземелье.

Илад хӀерризалли, гьалли ванзаличи адаахъили кьялубира сабира галга.

Заглянула внутрь, а там стоит дерево с свисающими до земли ветками.

КарацӀили ил галгаличи рурси хӀеррикӀули сари умуснала адамтачи.

Девушка взобралась на дерево и стала наблюдать за людьми.

Галгаличирад карацӀили гьайриублигу - гьалли гьалав ца виштӀаси, жагаси дурхӀя, някълизиб биштӀаси гажинра сайра.

Только она спустилась с дерева на землю и отправилась дальше, как перед ней возник маленький красивый мальчик с кувшином в руках.

- Жан дурхӀя, рахъ милиглирану ца шинни ружахъес гажин гагу, рикӀули сари рурси.

- Сынок, дорогой мальчик, очень пить хочется, дай кувшин воды напиться, - сказала она.

- Агайхан дехӀибала кьандирули, дазала дарахъес къалабалирану, жявжявли ружен - или, дурхӀяли гажин бедили сай.

- Агайхан опоздает на молитву, вода нужна для омовения, пей быстрее, с этими словами мальчик дал ей кувшин.

ИлхӀели рурси шакрикили сари сунела мурул Агайхайчила диъни гъай ва, дурхӀя шакхӀейкахъили, мургьила тӀулека гажинна бухӀна лайкабакӀили саби.

Тогда девушка поняла, что речь шла о ее муже Агайхане, и так, чтобы мальчик не заметил, бросила в кувшин золотое кольцо.

Агайхай дазала дируси замана, гажиннизибад тӀулека кабикили саби.

Когда Агайхан совершал омовение, из кувшина выпало кольцо.

Агайхай багьурли сай, ил тӀулека чӀичӀа кам убасили, сунечи гъамриубси замана сунела хьунуйс бедибси биъни.

Он понял, что это то кольцо, которое он дал своей жене, когда сбросил змеиную шкуру.

Итмаданал сунес гажин бицӀили шин хибси дурхӀялизи хьарбаили сай, хӀед чи цугикиба, гажин чизи-биалра шинни ужахъес бедирив, или.

Он тут же спросил у мальчика, который принес полный кувшин воды, кого он встретил и кому он дал кувшин, чтобы напиться.

ДурхӀяли биалли бурили сай сунес къарширикибси милигриубси рурсиличила, Агайхай хъарбарили сай ил дурхӀялизи къалабали ил рурси раргахъес ва сунечи кахъес.

Мальчик рассказал о девушке, попросившей воды, и Агайхан велел ему поскорее найти эту девушку и привести к нему.

Къалабали вякьи раргили ил рурси дурхӀяли Агайхайчи кили сай.

Мальчик нашел ее и привел к Агайхану.

Хъябруцбикили саби илхӀели рурсира Агайханра, дебали разибиубли саби, амма дурхӀяли сунела ригуси хьунуйзи кьутӀкьуси хабар бурили сай:

Они обрадовались друг другу, обнимались, ласкались, но парень сообщил ей печальную весть:

- Ну - хӀили хӀерелкъунси къуртма Вагьигла дурхӀя сайра.

- Я - сын кровожадной Вахиг.

Наб гелешмеш раргахъес ну нешли чедибси дунъяличи вархьибсири.

Я был послан на верхнюю землю, чтобы найти себе невесту.

«ЧӀичӀайс шери ракӀесил рурси мажахӀят чедибси дунъяличир раргиши», - или. ГӀурра илини вягӀда барибсири: «Чедибси дунъяличир хӀуни гелешмеш раргили гӀергъи цугли вецӀал бархӀили набчи чарухъес гӀягӀнили саби», - или.

«Вряд ли найдешь на верхней земле невесту, которая согласится выйти замуж на змея», - сказала мне мать и добавила: «Если найдешь на верхней земле невесту, то через десять дней должен вернуться ко мне».

ХӀела рузбани биалли наб ламарт бариб дила кам бигуб.

Твои сестры, уничтожив мою шкуру, поступили со мной подло.

ИлхӀели багьурра нуни наб дунъя цӀяб-цӀударбиъни.

С тех пор мир стал черным для меня.

Ил багьандан сайри итхӀели ну хӀечӀивад кӀунвацӀибси.

Поэтому я тогда ушел от тебя.

- Секьяйда кьабулварри гьатӀи хӀу нешли, хӀечибси чӀичӀа кам агарли? - хьарбаили сари рурсили.

- А как же тебя приняла мать, ведь змеиной шкуры у тебя уже не было? спросила девушка.

- Неш - ил неш сари, дурхӀяла хатӀабачирад ил черкарурхуси сари.

- Мать - это мать, мать прощает своему ребенку любые грехи.

Набчирад илра черкарерхур.

Она и меня простила.

Чедибси дунъяличир дила хӀу лернира багьур, ва гӀур ну чедибси дунъяличи укьяхъес къадагъабариб.

Она узнала, что на верхней земле у меня есть ты, и следила, чтобы я к тебе не вернулся.

Дила нешли чедибси дунъяла адамличи уркӀецӀи бируси ахӀен, ил итмаданал илини угуси сай.

Моя мать не любит верхнюю землю.

Амма иш яраглис нуни илизи тиладибирис хӀу ратахъес.

Но я попрошу, чтобы она оставила тебя здесь.

Цалис ца дигути мурул-хьунулла ургабси ихтилат таманхӀебиубли лебалли, «Уффай, адам-дамла гягӀ!» или, - арацӀили сари къуртма Вагьиг.

Разговор между любящими мужем и женой еще не был закончен, как со словами: «Уф, человеческий запах!» —вышла кровожадная Вахиг.

- ХӀези тиладибирулра, дила ахӀерси неш, хӀу ца камти хӀиличирад черрерхину, иш нушачи гӀяхӀладли ракӀибси рурси хӀерерги рати, - тиладиухъи сай Агайхан.

- Прошу тебя, моя дорогая мать, отдохни немножко от крови и девушку, которая у нас в гостях, оставь в покое, - попросил ее Агайхан.

- Балулра, балулра, иш рурси хӀуни чедибси дунъяличир раргибси, хӀела гелешмеш сари, амма хӀед ишила рузбани ламарт бариб.

- Знаю, знаю, это та девушка, которую ты нашел на верхней земле, она твоя жена, но ее сестры подвели тебя.

Биалра, черкарерхиша гьатӀи, ишкӀун гӀяйибла регӀ ахӀен.

Хотя это и так, я ее прощаю, она не виновата.

Аммаки иш ишбархӀила гӀергъи, хӀела хьунуллицунра ахӀи, дила лагълира рирар, - жаваб бедили сари къуртма Вагьигли.

Но с сегодняшнего дня она не жена твоя, а моя рабыня, - сказала кровожадная Вахиг.

Илкьяйда барили хьалли Агайха неш - къуртма Вагьигли ил рурсилис дебали, къиянти хӀянчи хъардирули сари.

После этого мать Агайхана - кровожадная Вахиг, чтобы ее [свою рабыню] извести, стала ей поручать самые тяжелые работы.

Гьачам ил рурсилизи къуртма Вагьиг рикӀули сари:

Однажды кровожадная Вахиг говорит девушке:

- Ма ишди хӀябмузан бурбуни.

- На тебе трехгранные иглы.

Ишдачил хӀуни дила лерил ери-юрт мургьиван умудара, лямцӀдухъахъен.

Этими иглами убери мой дом, чтобы все блестело, как золото.

Ну гӀяярличирад чаррухъайчи дила хъарбаркь таманхӀебарадли, хӀела - хъяб, дила - тур.

К моему возвращению с охоты сделай это, если не успеешь, твоя - шея, мой - меч.

Хумарли кариили сари ил рурси.

Грустная сидела девушка.

Тяп ил замана вакӀили сай сунела Агайхан.

Как раз в это время вернулся Агайхан.

- Балулра, хӀу сен хумарсирил.

- Знаю, почему ты грустишь.

Бура, се хъарбариба хӀечи дила къуртма нешли? - викӀули сай Агайхан.

Скажи, какие поручения дала тебе моя старая мать? - сказал Агайхан.

- Гили ишди хӀябал хӀябмузан буреба сари гӀяярличирад чарриайчи ериюрт умударахъес хъарбариб, - симкьрухъи сари рурси.

- Она дала эти трехгранные иглы и велела к ее возвращению с охоты навести порядок, убрать весь дом, - всхлипывая, ответила девушка.

ИлхӀели Агайхан дягӀлизи тиладиухъи сай:

Тогда Агайхан обратился к ветру:

- Ва дягӀ, дила ахӀерси дягӀ, биубцад жявли нушала ери-юрт хӀу бухӀнахъили умударагу!

- Ветер, мой добрый ветер, как можно быстрее наведи порядок в доме!

ИлхӀели бухъи халаси дягӀ, бухӀнабухъи къуртма Вагьигла юртлизи мургьиван лямцӀдикӀахъули умударили сари.

Тут поднялся сильный ветер, он ворвался в дом Вахиг, и дом заблестел золотом.

Камеи заманала гӀергъи рургъули бурямван рухӀнарухъи сари къуртма Вагьиг.

Через некоторое время, грохоча [шумя], как гром, вернулась Вахиг

- Гьу, баррив ну рикӀуси, чедунъяла кьяхӀяртӀ? - рикӀули сари ил.

- Ну, выполнила мое поручение, колдунья с верхней земли? - сердито спросила она.

- Барра, хӀебалас хӀу разириркудал, - рикӀули сари рурси.

- Выполнила, не знаю, будешь ли ты довольна, - ответила ей девушка.

- Барри кьалли?

- Выполнила?

Дила Агайхан кумекличил барину! - рикӀули сари Вагьиг

Тебе помог мой Агайхан! - возразила Вахиг.

ГӀергъила бархӀи сари гӀяяр аркьухӀели Вагьигли рурсилизи бедили саби ца пяхӀяла.

На следующий день, отправляясь на охоту, Вахиг дала девушке перо.

- Ма иш пяхӀялану, ну чарричайчи нушала лерил ери-юрт пяхӀлази гӀеладуша, - рикӀули сари ил рурсилизи.

- Возьми это перо, чтобы к моему возвращению весь дом был устлан перьями, - сказала она ей.

Дебали кьакьаракӀили кариили сари рурси.

Опять загрустила девушка.

ИлхӀели ацӀили сай Агайхан.

В это время зашел Агайхан.

- Сен хумарлири, дила ахӀерси, гӀурра се хъарбариба хӀечи Аллагьла мялгӀуй? - викӀули сай ил.

- Почему ты грустишь, моя дорогая, что опять поручила тебе эта Аллаха змея? - спросил он ее.

- Се хъарбареса? - симкьрухъи сари рурси, - ца пяхӀялара гили сарира набзи буйрухъбариб сари ракӀибхӀейс лерил ери-юрт базлизи гӀеладушахъес.

- Что поручила? - всхлипывая, ответила она, - она дала мне перо и сказала, чтобы к ее приходу весь дом был устлан перьями.

Агайхан арцантази тиладиухъи сай диубцад дахъал чула юртлизи дакӀили няхӀярдиахъес.

Агайхан попросил птиц, чтобы они, насколько возможно, рассыпали свои перья в их доме.

Аргъили саби арцантани чула марси юлдаш Агайхан тилади ва итмаданал хӀурбунадли дашули пяхӀярсадирули лерилра ери-юрт базлизи гӀеладушили сари.

Птицы исполнили просьбу своего верного друга Агайхана - тут же прилетели в их дом и покрыли весь пол перьями.

Къукъу-рямкьличил чаррухъи сари гӀяярличирад къуртма Вагьиг

Вахиг вернулась с охоты со страшным шумом, грохоча, как гром.

- Баррив нуни хъарбарибси, чедунъяла кьяхӀяртӀ? - гӀясили вявъили сари илини.

- Исполнила мое поручение, колдунья с верхней земли? - сердито спросила ее Вахиг

- Барра хӀу разирикадли, - рикӀули сари уруз-хӀяцӀли рурси.

- Исполнила, была бы ты довольна, - смиренно ответила девушка.

- Барри кьалли, дила Агайхан кумекличил баррину, - рикӀули сари гӀясили Вагьиг.

- Исполнить-то ты исполнила, но с помощью моего Агайхана, - проворчала Вахиг.

ХӀябэсил бархӀи савли Агайхан - неш къуртма Вагьиг - рикӀули сари рурсилизи:

На третий день утром мать Агайхана, кровожадная Вахиг, говорит девушке:

- ХӀу дила Агайхан ригнаба сарри.

- Ты любишь моего Агайхана.

Гъамли дила Агайхайс мекъ бируси саби.

Но скоро у моего Агайхана будет свадьба.

Ил мекъличир дяхъяхъес рукьенну верхӀел дубурла гӀела, дамра дядра садуха.

Иди и достань к свадьбе за семью горами зурну с барабаном и принеси.

Ил хъарбаркь секьяйдали таманбаришара или хумарли рурси кариибси замана ацӀили сай Агайхан.

Понимая, что это опять невыполнимое поручение, девушка загрустила, и в это время пришел Агайхан.

Ил лергӀер хумарли чераибхӀели викӀули сай:

Увидев ее грустной, он снова ее спрашивает:

- ГӀурра се хъарбариба хӀечи дила къуртма нешли?

- Что еще тебе поручила моя кровожадная мать?

- Гъамли хӀед мекъ бируси саби рикӀар.

- Сказала, что скоро сыграет тебе свадьбу.

Ил мекъличир дяхъяхъес верхӀел дубурла гӀеларти дамра дядра садухахъес хъарбариб, - гьалар кӀелван кьутӀкьули симкьрухъи сари рурси.

Для свадьбы ей нужны барабан с зурной, которые находятся за семью горами. Она велела мне их принести, - ответила девушка, всхлипывая еще сильнее, чем раньше.

- Ил гьамадси хъарбаркь ахӀен, амма таманбарес вирар.

- Это нелегкое задание, но выполнить можно.

ЧӀянкӀли хӀед гӀягӀнибиркур, нуни хӀези дурибти гьар секӀал дуру ели детерхахъес.

Только ты должна поступить так, как я тебя научу.

ВерхӀел дубурла гӀела рукьес гьайриубхӀели, гьала-гьала хӀед цугбиркур хӀила хӀеркӀ.

Когда отправишься за семь гор, в начале пути встретишь реку из крови.

Иличи гъамриубли хупӀрикен, гӀур а: «ХӀябилра гӀяхӀти шараб лер кьалли!» КӀинайс цугбиркур шахала хӀеркӀ.

Остановись, пригуби кровь, а потом скажи: «Какая сладкая вода, как шараб!» Потом ты встретишь горькую реку.

Иличира гъамриубли хупӀрикӀен ва а: «ХӀябилра бизити дяргӀиб шин лер кьалли!» ХӀяйнайс хӀед цугдиркур урчира хурира.

Опять пригуби воду и скажи: «Какая прохладная и вкусная вода!» В третий раз ты встретишь лошадей и собак.

Хурала гьалар мура дирар, урчала гьалар - диъби.

Перед собаками будет лежать сено, а перед лошадьми - мясо.

ХӀуни илди дарсдарили урчала гьала мура, хурала гьала диъби кадихьа.

Ты их поменяй местами - перед лошадьми положи сено, а перед собаками - мясо.

Авнайс хӀед къаршидикур кӀидехӀ къапу, цадехӀ - кьяпӀтӀи, цадехӀ-гьаргти.

В четвертый раз ты увидишь ворота, одни - закрытые, другие - открытые. Закрытые - открой, открытые - закрой.

КьяпӀти къапула гӀела хӀерризадли, чедиид дамра дядра.

Когда посмотришь на закрытые ворота, увидишь и барабан, и зурну.

Касили илдира хӀура риубцад къалабали гӀеларяхӀ чаррухъен.

Возьми их как можно быстрее и возвращайся обратно.

Агайхай дурибти лерилра хъарабаркьуни дурусли детерхахъурли, касили дамра дядра гӀеларяхӀ чаррухъулхӀели шакикили сай къараул:

Девушка сделала все так, как посоветовал Агайхан, только она схватила барабан с зурной и повернула обратно, как стражник поднял шум:

- Гьарая, далкьаирая, къапу, руцая ил рурси! - вявикӀули сай ил.

- Вставайте, ворота, поймайте девушку! - закричал он.

- ХӀерурцехӀе, - жаваб бедили саби кӀидехӀалра къапули, - хӀушани итцадхӀи кьянӀли датурти къапу ишини гьаргдариб, нуша кьяпӀдарира.

- Не будем ловить, - ответили ворота, - ворота, которые вы так долго оставляли открытыми, она закрыла. А ворота, которые так долго были закрытыми, она открыла.

Рашаб гьанна сунес дигна ил духуси рурси!

Она добрая девушка, пусть идет, куда хочет!

Рурси ребшили сари, къарул - илис гӀелавад.

Девушка убежала, а стражник - за ней.

- Гьу-гьария, хури, руцая къалабали ил рурси! - вявикӀули сай къараул.

- А ну, собаки, поймайте эту девушку! - крикнул стражник.

- ХӀерурцехӀе, - дикӀули сари хури, - хӀушани нушала гьала мура кадихьили гашали дебкӀахъибхӀели, ишини нушаб диъби кадихьили делкъахъунрану

- Не будем ловить, - сказали собаки, - вы перед нами положили сено, и мы чуть с голода не сдохли, а она нам дала поесть мясо.

- Гьарая, гьарая, урчи, лардяхъили карикахъая ил рурси! - тиладиикӀули сай къараул.

- А ну, а ну, лошади, лягните девушку, чтобы она упала! - попросил стражник.

- ЛархӀедирхъехӀе ва кахӀериркахъехӀе, - жаваб бедили саби урчани, хӀушани нушаб диъби кадихьибхӀели, ишини мура кадихьили делкъахъунрану.

- Не станем лягать и не дадим ей упасть, - ответили лошади, - вы нам положили мясо, и мы тут чуть с голода не сдохли, а она нам дала сено, и мы наелись.

Илкьяйдара или, урчазибад бегӀлара хъярхъси урчи рурсиличи гъамбиубли ва бикӀули саби: «Мурдарии набчи ва бяхъя гӀярчумагли набчи».

Сказав так, одна из лучших лошадей подошла к ней, дала ей в руки кнут и сказала: «Оседлай меня и гони меня».

Урчили бара ибси барили сари рурсили, ва дягӀван гьалакли гьаларяхӀ арцурли сари.

Девушка села на лошадь, и они полетели со скоростью ветра.

- Гьара, гьара, хӀила хӀеркӀ, хӀези кягӀяхъа ил рурси, - гьерклизи викили сай къараул.

- Эй, эй, кровавая река, потопи ее в крови! - обратился стражник к реке.

- Камли кягӀяхъиша!

- Даже не подумаю!

ХӀушани хӀилайзи буйгӀуси ну ишини шараблайзи халбарирагу, - жаваб бедила саби хӀила хӀеркӀли.

Вы меня называете рекой крови, а она назвала мою воду шарабом, - ответила ему река.

- Гьара, гьара, шахала хӀеркӀ, хӀезир кягӀяхъа ил рурси, - хирбикӀуси тӀамаличил викӀули сай вамсурси къараул.

- Эй, эй, горькая река, потопи ее в твоей воде, - сказал уставшим голосом обессиленный стражник.

- ГӀяхӀли ветахъи! - жаваб бедили саби шахала хӀеркӀли, - хӀушани ну шахалайзи халбирухӀели, ишини бизити дяргӀиб шиннайзи халбарирагу.

- Убирайся! - ответила горькая река. - Вы меня считаете горькой, а она мою воду назвала прохладной и вкусной.

Илав къараул вамсурли кайкили сай.

Тут измученный стражник от усталости упал.

Агайхайс дягӀгъуна урчира кили, дам-дядра садухили рурси чаррухъи сари.

Девушка вернулась с барабаном и зурной на быстрой, как ветер, лошади Агайхана.

- Садухирив дам-дяд, дунъяла кьяхӀяртӀ? - гӀясили вявъили сари къуртма Вагьигли.

- Принесла барабан и зурну, колдунья с верхнего мира!? - сердито крикнула кровожадная Вахиг.

- Садухира, къиян-къиянни биаллира, - жаваб бедили сари рурсили.

- Принесла, хоть и с большими трудностями, - ответила девушка.

- Садухири кьалли, дила Агайха макруличирли садухирину! - гьатӀира гӀясириубли сари Вагьиг.

- Принести их тебе помогли хитрости моего Агайхана! - еще больше рассердилась Вахиг.

Дяхъили верхӀдехӀ дам-дядра къуртма Вагьигли сунела унраличибси вацӀализирси цархӀил Вагьигла рурси Агайхайс шери кили сари.

Вахиг сыграла своему сыну Агайхану свадьбу и женила его на дочери Вахиг из соседнего леса.

- ХӀугъуна хӀерирарну хьунул, чедунъяла кьяхӀяртӀ, - ишгъуна рирар, рикӀули сари ил, сунени Агайхайс кибси халаси ца мамаличилси, халаси къянкъла регӀ, далкӀа хӀулбала регӀ Вагьиг рурси чериахъули.

- Не такая должна быть жена, как ты, колдунья, а такая, - говорит она, показывая свою дочь Вахиг с одной большой грудью, большим носом, косыми глазами, которую она привела для Агайхана.

Мекь таманбиубли, лебилра халкь бускаунхӀели, Агайхай сунес кибси Вагьигла рурси ханжай вирхъули карушили сай.

Когда свадьба закончилась и люди разошлись, Агайхан кинжалом зарубил дочь Вахиг.

Сунела дигуси хьунулра сайра макай уллугьуни бетаурли чедунъяличи бебшили саби.

А его любимая жена и он сам превратились в голубей и полетели на верхнюю землю.

Иличи шакрикибси Агайха неш чӀака ретаурли илдас гӀсргъирухъи сари.

Догадалась об этом Вахиг, мать Агайхана, стала орлом и полетела за ними.

Чус чӀака гӀеббиули чебаибхӀсли манай уллугьуни мучила чубк бетаурли ванзаличи пашбехъубли саби.

Поняв, что за ними гонится орел, голуби превратились в овсяное зерно и рассеялись по земле.

ЧӀака биалли вецӀну кӀира жибхӀяра сунес гӀеларадаибси кьурку гӀяргӀя бетаурли лерилра мучи дерги гӀур сунела Вагьигунала дунъялизи чарбухъи саби.

Увидев это, орел превратился в курицу с двенадцатью цыплятами, которые склевали все зерно. Потом курица с цыплятами превратилась в орла, орел снова стал Вахиг, и она вернулась в свою страну.

Аммаки мучила кӀел кьякь къаркъалиу дигӀяндиубли къуртмали чедаили ахӀен.

Но она не заметила, как два зернышка закатились под камень.

Илди кӀелра мучила кьякь итмаданал баягъи итди дурхӀяра рурсира бетаурли саби ва чедунъялизи бакӀили чула кӀялгӀялизи мерлабиубли саби.

Эти два зернышка тут же превратились в парня и девушку, вернулись в верхний мир и поселились в своем дворце.

Илдачибад талхъангъути уршбира издаггъунти русбира, алкӀули гьаннара тебли буру итаб.

Они и сейчас, говорят, живут там, рожая девочек и мальчиков, похожих на талханов и их дочерей.